1992 год. Страну волнами захлестывали кризисы: политический, экономический, финансовый…
К тому времени у меня за плечами был небольшой жизненный и профессиональный опыт, высшее университетское образование и служба в Советской Армии. Работа в одной из лучших гимназий Москвы приносила большое моральное удовлетворение, но зарплату съедала инфляция ещё до момента её получения.
Так уж выстроились планеты на звёздном небе, что неминуемой оказалась моя встреча с замечательным и очень цельным человеком. Валентина Васильевна Шустик в этот момент подбирала персонал в свою школу «Ступени». Собственно, школы ещё не существовало, был проект. Проект смелый, интересный, живой. Мне поступило предложение работать, и я стал преподавать физику в двух школах одновременно. Сразу оценил ряд преимуществ частной школы перед государственной. На моих глазах проходило своеобразное соревнование двух систем образования, с одной стороны- хорошая, с дореволюционными традициями, гимназия, и, с другой стороны, совсем юная, маленькая частная школа.
Здание гимназии было поострено ещё в царское время на деньги крупного московского купца. В советское время она приобрела статус школы с углублённым преподаванием иностранных языков. Гимназия имела прекрасный педагогический коллектив, удобное и внушительное здание, замечательные традиции и поддержку Попечительского Совета. Что же имела школа «Ступени» в середине 90-х годов? Она имела небольшой бизнес-план, маленький коллектив учителей, арендованное помещение бывшего детского сада в районе метро «Бауманская». Ещё была мечта сделать школу такой, чтобы дети максимально раскрывали свои природные таланты или способности, чтобы ученики гарантировано получали знания. Учредители позаботились о высоком уровне комфорта. Но приоритетным оставалось образование и воспитание. Администрация «Ступеней» удовлетворяла практически любые пожелания о закупке оборудования и методических пособий, что выгодно отличало её от очень неповоротливой в этом вопросе государственной школы. У меня появилась возможность создать один из лучших кабинетов физики в Москве. Эта возможность была реализована.
В школе «Ступени» на уроке сидело от пяти до двенадцати учеников. Для меня было новым ощущением то, что я видел реакцию на мои слова каждого ученика. Урок в классе превращался почти в индивидуальное обучение, расширялись возможности для воспитательной деятельности. Дети привыкали к ситуации, когда они видят глаза учителя, понимают, что могут в любой момент задать вопрос и получить поддержку. Маленькие, уютные пространства оказались более гармоничными для нашей работы. Атмосфера «Ступеней» стала формироваться с первых месяцев после открытия. В ней не было места внутриклассовой замкнутости или соперничества, присущих большим школам. Здесь общение пронизывало и пронизывает все три ступеньки, я имею в виду начальное, среднее и старшее звенья школы. Каждый ученик ощущает себя важной частичкой школьной семьи.
В те годы самой большой проблемой государственных школ стала провальная политика в области воспитания. Учителя оказались дезориентированы в этой сфере, и попросту свернули воспитательную работу до минимума, переключившись на преподавание своих предметных дисциплин. Урон невосполнимый, души учеников стали черствее и прагматичнее.
В 1989 году мне довелось организовать удачную поездку моих ребят из государственной школы в Латвию. Ребят разместили в хорошем пансионате в Юрмале, возили на экскурсии в Ригу и Сигулду. Юные москвичи были в восторге. Представьте, какую я испытал горечь от вопроса уже взрослого мужчины, участника той давней поездки. При встрече он сказал, что ребята до сих пор вспоминают ту поездку с особой теплотой, но он не понимает, какую лично я преследовал цель, организуя эту поездку. Какая мне лично была в этом выгода?
Мир меняется, и мы меняемся вместе с ним. Посмотрите, опять в мире финансовый и экономический кризисы. Но естественное человеческое желание поделиться с людьми тем, что ты знаешь, что интересно и поучительно – неискоренимо. Да, может быть непонятно, но всё же неискоренимо.
